Бесплодие, квоты, новые технологии: как развивается ЭКО в Казахстане

0 3

Отечественные репродуктологи могут помочь даже в самых, казалось бы, безнадежных случаях

Бесплодие, квоты, новые технологии: как развивается ЭКО в Казахстане

В этом году программе экстракорпорального оплодотворения (ЭКО) в Казахстане будет уже 26 лет. За эти годы тысячи человек смогли познать счастье материнства и отцовства. То, что казалось невозможным, сегодня для наших специалистов – дело будничное. О том, как далеко новые технологии в этой области шагнули вперед, в интервью Azattyq Rýhy рассказал президент Ассоциации репродуктивной медицины, доктор медицинских наук Вячеслав Локшин.

– Вячеслав Нотанович, расскажите, какова сейчас ситуация с бесплодием в Казахстане?

– Хочу сказать, что в Казахстане частота бесплодия не отличается от тех данных, которые мы имеем сегодня в Европе, в мире, в соседних странах и примерно составляет в зависимости от региона от 12% до 15%.  К сожалению, не имеет тенденции к снижению.

И вторая закономерность, которую мы видим: если раньше все больше удавалось лечить при помощи традиционных методов лечения, то в последние годы все больше и больше показаний к репродуктивным технологиям. Более 50% пациентов с бесплодием сейчас нуждаются в лечении и в проведении ЭКО, или так называемых вспомогательных репродуктивных технологий. Это дорого и, надо сказать, что среди причин бесплодия растет мужской фактор. Он составляет примерно 35-40%. А среди тех, кто приходит в клинику ЭКО, 50-51%.

Бесплодие, квоты, новые технологии: как развивается ЭКО в Казахстане

– А каковы основные причины, мешающие зачать детей, у казахстанских пар?

– Если схематично говорить, то основная причина у женщины – это непроходимость маточных труб, которая возникает вследствие воспалительных заболеваний или эндометриоза. И вторая причина – это нарушение процесса овуляции. Он может быть вследствие каких-то эндокринных заболеваний – того же эндометриоза. Также есть пороки развития.

Ну, и мужской фактор. Там тоже есть наследственные причины, вызвавшие нарушение сперматогенеза, а есть причины приобретенные: перенесенные инфекционные заболевания. Вот если мальчик перенес свинку или инфекционный паротит, то риск развития бесплодия достаточно высокий у него. Так же гонорея и другие заболевания, передающиеся половым путем.

Теперь, с развитием медицины к нам стали обращаться все чаще и чаще. Если раньше при невозможности зачать детей супруги разводились, меняли партнеров, брали в детских домах на усыновление, то сегодня, зная, что есть технологии, люди идут в клиники. И действительно, патологий стало больше. Все-таки чаще сейчас диагностируется эндометриоз, миома матки у женщин. У мужчин нарушение сперматогенеза.

Диагностика лучше стала. УЗИ аппараты появились, и появились тонкие диагностические методы. Поэтому все больше и больше пациентов приходят в клиники ВРТ. Сегодня в Европе на один миллион населения приходится полторы тысячи программ ЭКО. И если это на Казахстан перенести, то это значит, что мы должны делать около 30 000 программ ЭКО.

– В чем преимущество казахстанских клиник перед конкурентами?

– Надо сказать, что с 1995 года в Казахстане развивается репродуктивная медицина. Тогда появились первые клиники ЭКО и в 1996 году первого ребенка получили уже в этой клинике. Сегодня в Казахстане уже 29 клиник. Много клиник очень хорошо оснащенных, имеющих высококвалифицированных специалистов.

Наше преимущество, во-первых, в очень современном законодательстве, которое позволяет использовать практически все существующие репродуктивные технологии, включая донорство половых клеток, суррогатное материнство, генетическую диагностику эмбриона перед его переносом в матку. Так называемый предимплантационный генетический скрининг. Ну, и, конечно, оснащение. Даже если сравнивать с европейскими клиниками – они более слабо оснащены, чем наши. У нас есть современные технологии, такие как Таймлапс технология, скрининг-лаборатории диагностические в клиниках есть, ну и специалисты наши разговаривают на английском языке и имеют опыт работы от 15 лет и выше. То есть, это я говорю о ведущих клиниках страны, и это отражается на результативности, которая в среднем при наступлении беременности – более 40%, а по рожденным детям показатели примерно 30-32%, что даже немножко выше среднеевропейского показателя.

Бесплодие, квоты, новые технологии: как развивается ЭКО в Казахстане

– Вы можете помочь людям даже в самых безнадежных ситуациях?

– Мы можем помочь 90% людей с бесплодием. Тогда, когда у женщины нет вообще яйцеклеток, даже в этом случае мы можем ей предложить программу донорства и использовать донорские яйцеклетки. При отсутствии матки может быть предложена программа суррогатного материнства.

Мужчина, у которого нет сперматозоидов, может получить их из половой железы. Это так называемая процедура ТЕЗА – получение сперматозоидов непосредственно из яичка. То есть, сегодня помочь мы можем многим. И, наконец, при имплантационно-генетическом скрининге при каких-то проблемах, связанных с высоким риском рождения детей с пороками развития, можно провести диагностику до переноса эмбриона в полость матки. То есть, сегодня современное оборудование, современные медикаменты, современные подготовленные доктора наших клиник очень многое могут сделать.

– Программа «Аңсаған сәби» помогает стать казахстанцам родителями. В этом году государство увеличило количество квот до 7 000. Это большая поддержка?

– Я хочу сказать, что в 2006 году мне представилась возможность выступить перед тогда еще Президентом страны Нурсултаном Назарбаевым и тогда мы говорили о такой вот необходимости выделения средств государством. Тогда это было чем-то неожиданным, новым, потому что технологии насчитывали всего 10 лет, и не такая высокая эффективность была, мало, кто обращался. И тогда было решение принято с 2010 года начать финансировать. Начали тогда со 110 квот. Потом выросло до 1 200 квот. Но нам посчитали, что это очень мало. Как минимум нужно 1 000 квот на миллион населения. И от имени казахстанской Ассоциации репродуктивной медицины я обратился к Касым-Жомарту Токаеву, и вот в послании Президента в прошлом году было озвучено, что число квот будет увеличено до 7 000, или в семь раз. И это очень важно. То есть, если раньше мы делали коммерческих программ от 10 до 12 тысяч, а квоты составляли в этом количестве примерно 7-10%, то сейчас квоты составлять будут уже более 45%. То есть, каждая вторая пациентка сможет получить квоту в течение года. Это очень важно. Ну, а кто хочет делать коммерческие программы, конечно, может это делать за свой счет.

К нам едут пациенты из других стран: Центральной Азии, России, обращаются иностранцы, которые работают в Казахстане, потому что у нас уровень клиник действительно достаточно высок, поэтому программа «Аңсаған сәби», я считаю, что это только начало. И после проведения 7 000 квот, я надеюсь, что родится около 2 500 детей.

Сегодня результаты говорят о том, что примерная эффективность 32-33% по рожденным детям считается достаточно высоким показателем. Если посмотреть ведущие европейские страны – Францию, Данию, Швецию, то там примерно показатель по рожденным детям составляет 24-26%. Но на квоты есть некоторые ограничения по возрасту, резерву яичников, поэтому мы достигаем более высоких результатов. В выполнении квотных программ участвуют как частные, так и государственные клиники.

Бесплодие, квоты, новые технологии: как развивается ЭКО в Казахстане

– За годы применения ЭКО в Казахстане, сколько детей родилось благодаря вспомогательным репродуктивным технологиям?

– Сегодня в нескольких клиниках ЭКО состоялись чествования детей, которые родились в конце сентября, начале октября и мы считаем, что это дети, которые позволили нам перешагнуть 25-тысячный рубеж. Я думаю, что примерно в середине ноября будет примерно 25 500 деток. Сейчас их 25 100, наверное, потому что каждый месяц рождается примерно 300 детей после ВРТ с момента включения программы «Аңсаған сәби». Приблизительно это 3 тысячи деток в год.

Мы совсем недавно – в 2015 году чествовали десятитысячного ребенка. За шесть лет мы добавили еще 15 тысяч, и я думаю, что это число еще будет расти в геометрической прогрессии.

Я хочу сказать, что клиники и я, как главный репродуктолог Минздрава, мы пропагандируем персонифицированный подход в лечении бесплодия. Мы даже поэтому клинику, которую я возглавляю, «Персоной» назвали. То есть, от протокола к персональному подходу к каждому пациенту. Мы считаем, что двух пациентов одинаковых быть не может и в этом наша сила. Ну и вторая сильная часть – мы занимаемся научными исследованиями, публикуемся. Каждый год у нас выходят статьи в зарубежных научных журналах.

А в этом году особенное событие. У нас вышел научный роман «Пять минут, или технология счастья». Посвящен он историям пациентов, которые прошли у нас за всю историю БРТ. 

– Благодарю Вас за интересную беседу и желаю успехов в этом важном деле!

Жан МУРЗА

Источник: rus.azattyq-ruhy.kz

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.